WUNDERKIND Berlin - ЗАЧЕМ РАНО УЧИТЬСЯ ЧИТАТЬ?
WUNDERKIND Berlin - Deutsch - Russisches  Kinderzentrum frühe Entwicklung

ЗАЧЕМ РАНО УЧИТЬСЯ ЧИТАТЬ? 

  «Карфаген должен быть разрушен!» 
(Журнал "Russian-American Business", март, 2008) 

Николай ЗАЙЦЕВ — ведущий специалист Негосударственного образовательного учреждения дополнительного образования, постоянно живет в прекраснейшем Санкт-Петербурге. Это официально. Но в России, да и у нас в Америке его знают просто как основателя передовой образовательной программы Методики Зайцева. По его методике дети начинают читать в два-три года. Несколько раз Зайцев со своими семинарами приезжал в США, где выступал в университетах и на конференциях. Корреспонденты «Русской Америки» лично были свидетелями того, как американские студенты, не знающие русского языка, через полчаса занятий вместе с Зайцевым начинали читать. 

  МД: Нужно ли так рано, как Вы рекомендуете, начинать обучение чтению и счёту? 
  НЗ: А рисованию, лепке, пению, музыке — не рано? Чему только детей с года, полутора, двух лет не обучают. И иностранным языкам, и на скрипке играть. Малышей можно обучать чему угодно при одном непременнейшем условии. Великий японец Масару Ибука, основатель корпорации «Сони», в своё время профессор, президент «Японской ассоциации раннего развития», в книге «После трёх уже поздно» так его определил: «Малыш с жадностью запоминает то, что ему интересно», «Детский психолог Сейширо Аоки специально исследовал образование таких понятий у ребёнка, как «хорошо» и «плохо», и пришел к выводу, что «хорошо» для ребёнка — это то, что интересно и увлекательно».
  МД: А то, что неинтересно, т. е. скучно, — плохо. Значит, и учиться этому не стоит. Николай Александрович, так это не только для трёхлеток справедливо. 
  НЗ: Согласен. Чуть не все школьники так считают. Да и студенты, пожалуй. 
В три года, а то и в два, дети проявляют устойчивый интерес к буквам, цифрам, чтению, счёту. Он возникает, вероятно, когда мы читаем им книжки; пересчитываем пальчики, конфеты, яблоки, ступеньки; пишем печатными буквами их имена, МАМА, ПАПА, другие слова; показываем картинки с надписями. 
Если дети проявляют к этому такой интерес, почему бы не удовлетворить его? 
А не отмахиваться: потом, потом, вот когда пойдёшь в школу… И делать это так, чтобы ребёнку было хорошо, т. е. интересно и увлекательно. 
  МД: Почему раннее приобретение навыков чтения и счёта так важно? 
  НЗ: Не стоит, думаю, объяснять, что ребёнок, рано освоивший чтение и счёт, получает толчок в развитии, новые ключи к открытию и осмыслению мира. Интересно другое. Дети настолько ярко проявляются при обучении чтению и математике по нашим методикам, что буквально через 2-3-4 занятия педагоги без специальной психологической, дефектологической и прочей научной подготовки легко определяют «быстрых» детей, т. е. чрезвычайно способных к обучению, и «медленных». 
Выявляются и «очень быстрые», в 7 лет приступающие к обучению по нынешним программам пятого класса и заканчивающие школу в 13, а ВУЗ в 18 лет. Примеров достаточно. 
«Медленные» постепенно догоняют «средних» и даже, по результатам тестирования (собеседований) поступают в престижные школы. Ничего удивительного: мозг ребёнка гибок, пластичен, чем раньше обнаружим, что малыш где-то, в чём-то «тормозит» (с кем не бывает?), тем легче это будет поправить. Через 2-3 года уже труднее будет, дольше, дороже. А то и поздно. Родительская, воспитательская, учительская, частная практика работы по нашим методикам вот какие сюрпризы преподносит: обучают чтению, математике, выводят в речь детей со сложнейшими психофизическими диагнозами и официально (т. е. на основании заключений компетентных специалистов) признанных необучаемыми. Примеров более чем достаточно. 
  МД: Если чисто технически ребенок научился читать, будет ли он читать практически? Готов ли маленький ребенок воспринимать читаемый им текст? Запоминает ли он его? Понимает ли написанные инструкции? 
(В Америке в конце 80-х провели исследование. 40% выпускников средних школ, пошедших в Военно-морской флот, оказались функционально безграмотными. То есть буквы-то они знали, и читать вроде тоже могли, а написанные инструкции выполнять не могли: написанный текст не был понят.) 
  НЗ: Чтение начинается с первого самостоятельно прочитанного слова. Потом будет второе, пятое, десятое. 
В 11 месяцев девочка, собравшись с духом (по лицу было видно), оттолкнулась от дерева, за которое держалась, сделала 4 шага, на пятом упала на руки маме. «Начала ходить!» — обзванивают счастливые родители бабушек, дедушек, друзей. И действительно, с каждым днём всё увереннее дочка ходит. 
В 2 года 1 месяц прочитала на вывеске первое слово: КВАС. И занимались-то с нею минут по 10-15 в день, бывало и не каждый: играли с нашими кубиками, кое-что в таблице на стене показывали, песенки пели. Обучение чтению с пением непременная составляющая наших методик. 
Четырёхлетки — 100 раз демонстрировал на своих курсах — начинают читать (прочитывать слова) на третьем-четвёртом не более чем сорокаминутном занятии (с двумя небольшими перерывами для отдыха). 
С первоклассниками на четвёртом-пятом уроке начнём такие, примерно, диктанты писать (кубиками или указкой по таблице): Кто над нами вверх ногами? — Муха. 
Что за обедом всего нужнее? — Рот. 
На горе шумит, под горой молчит. — Лес. 
Кто родится с усами? — Котёнок. Без ошибок (дети сами исправлять их будут), с заглавными буквами и знаками препинания в нужных местах. Для начала 2-3 диктанта за урок, через месяц-другой хоть 10. 
В методическом руководстве к «Кубикам Зайцева» 300 загадок и 100 скороговорок для таких диктантов и много другого материала, необходимого в работе с детьми. 
Ваши вопросы предполагают вот что: не задержится ли ребёнок на прочитывании отдельных слов, словосочетаний («железная дорога», «подводная лодка»), коротких предложений и микротекстов? Непременно задержится, и чтение не полюбит, если ему буквы на протяжении 110-115 уроков показывают, да закрепляют их в специально составленных маловразумительных предложениях и текстах: У мамы Рома. Рома мал. Мама умыла Рому. Рома мил. 
У Гены и Геры игра. Они герои. Галя милая. У неё игла. 
Са-са-са — в лесу бегает лиса. Со-со-со — у Вовы колесо. Ос-ос-ос — на поляне много ос. Примеры взяты из московской «Грамоты» 2003 года для первоклассников (учебник такой, как бы букварь с математикой). 
Да и придумаешь ли что-нибудь интереснее, если перед тобой задача: буквочку детям показать, да 3-5 дней её позакреплять? С соответствующими домашними заданиями. Опять скучно — значит, неправильно. Давно пора понять, что «Мы столкнулись лицом к лику с детьми дистанционного управления, мыши и джойстика. Они терпеть не могут бездействия». И медленных темпов продвижения в учёбе, от себя добавлю. «Школа — это медленное время, в противоположность заппингу, и это делает скуку неизбежной» (К.Керделлан, Г. Грезийон, «Дети процессора»). 
Безусловно, нужно думать о более быстром выходе в текст, книгу, пересказ, о привитии любви к чтению. Но формат интервью, как говорится… Всё найдёте в методических руководствах к «Кубикам» и «Русскому для всех». «Русский для всех» — грамматика. Интереснейший, оказывается, предмет (и дети так считают!), если его несколько иначе преподавать. 
Я ещё не ответил на Ваш военно-морской вопрос. С конца 80-х почти 20 лет прошло. Интересно бы аналогичное исследование ещё раз провести. Выяснилось бы, стали ли «дети процессора» лучше разбираться в инструкциях? Если нет, — тогда совершенно ясно: Карфаген должен быть разрушен. Виноват, методики обучения должны быть изменены. Правда, вот что нужно учесть: современное военно-морское судно — сложнейший технический объект. И инструкции там непростые. Не всякий отличник разберётся. А может, ещё и весьма специфическим языком изложены. Как задачки для пятиклассников: «Найдите значение выражения…» 
  МД: Несколько вопросов по практике обучения. Движетесь ли Вы маленькими шажками, ориентируясь на посильные задания? 
  НЗ: Человеку, не знакомому с нашими методиками, шаги могут показаться семимильными. Знакомому — вполне естественными. И остальные движения тоже: левое ухо чешем левой рукой, а не правой, просунув её сначала под коленку. Никакой суеты, сплошная эргономика. Поэтому и производительность учебного труда намного выше. Значит, экономим время для многих других важных дел: рисования, пения, физкультуры. Даже без домашних заданий можем работать. 
Не только детям такая работа по душе. Взрослые обучаются чтению по нашей методике намного быстрее, чем дети. Ребёнок знакомится всего лишь с первой знаковой системой в своей жизни, а взрослый, как минимум, со второй или третьей: свой язык изучал да ещё какой-нибудь иностранный. В рамках семинаров в США четырежды проводил демонстрационные занятия по обучению чтению на русском языке с группами студентов и преподавателей, никогда до этого русский язык не изучавших. Первые слова (бумага, книга, стол, стул, лампа, таблица, кубик, кубики, ручка, ручки, карандаш, карандаши, окна, дверь, рубашка и проч.) группа начинала произносить и составлять из кубиков под мою диктовку (многократное повторение) минут через 12, а первое, до этого не произносившееся слово, без всякой моей помощи прочитывать через 23-27 минут. Время каждый раз фиксировалось. По окончании занятия все признавались, что хотелось бы так работать ещё. 
Кстати, Марина, у Вас есть парочка друзей, присутствовавших на одном из таких занятий. 
  МД: Они мне рассказывали об этом. Применима ли Ваша методика только для группового обучения или может быть использована и при индивидуальной работе? 
  НЗ: Лет 10-12 назад был приятно удивлён, что мои курсы популярны среди гувернёров и репетиторов. 
  МД: Смешиваете ли в группах детей разных возрастов? Разных умственных способностей? 
  НЗ: Бывают такие быстрые четырёхлетки, что их приходится в группу к более старшим переводить. А умственные способности и возможности ребёнка при зачислении в группу как определишь? Они не столь очевидны, если это не крайние случаи, чтобы судить при первом знакомстве. Ребёнка в деятельности необходимо увидеть.
  МД: Николай Александрович, вопросы ещё есть, но, как говорится, рамки жанра и объём нашего сборника… Не согласились бы Вы продолжить беседу в одном из следующих его выпусков? 
  НЗ: Тогда до следующей встречи, Марина. 
  МД: Спасибо. До встречи.